СЦЕНКА "МУЖ НА ЧАС"

Мини-пьесы

СЦЕНКА "МУЖ НА ЧАС"

Действующие лица:

Прасковья Ильинична- замужняя, скучающая по настоящему чувству барыня, она же Светлана Ивановна – одинокая женщина, играющая в самодеятельном театре. Офисный сотрудник

Николай Спиридонович – влюбленный в Прасковью Ильиничну молодой человек, партнер Светланы Ивановны по сцене, коллега по работе.

Настасья - служанка Прасковьи Ильиничны

Артур Олегович – бывший театральный режиссер, вынужденный некоторое время работать в коммерческой организации.

Другие офисные сотрудники

СЦЕНА 1

ОБЪЯСНЕНИЕ В ЛЮБВИ

Комната в доме Прасковьи Ильиничны. Прасковья Ильинична в платье барыньки 19 века мнет в руках веер. Николай Спиридонович решается заговорить.

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

Любезнейшая Прасковья Ильинична!

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

Дражайший Николай Спиридонович!

Молодой человек ловит чуть дрожащую руку толстухи, на какое-то мгновение она повисает в воздухе и, лишь после этого, он медленно подносит её к губам. Прасковья Ильинична часто моргает. Ей страшно от того, что губы молодого человека коснутся сейчас её уже не слишком молодой руки.

Женщина все еще боязливо, как будто в смущении опускает глаза и, пользуясь моментом, рассматривает склонившегося к её руке мужчину. Николая Спиридонович - безусловно красавец, все еще не долетевший поцелуй приводит женщину в трепет.

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(говорит в сторону, сама с собой, в словах проскальзывает горечь, Николай Спиридонович по-прежнему склонен перед ней)

Нужно быть не в своем уме, чтобы поверить в то, что такой вот бонвиван, как Николай Спиридонович мог мною увлечься! Он конечно необыкновенно обходителен, деликатен, но во всех этих жестах нет ничего, ничего, кроме… хорошего тона!!! Ведь нельзя же это не понимать!... А что если под личиной светской учтивости и холодной вежливости скрывается… нежность?! Нет! Ну от всего этого можно просто сойти с ума!

Пока Прасковья Ильинична пытается снова обрести стройность мысли, Николай Спиридонович, выпрямляется и теперь стоит, не зная куда деть руки, карманы сюртука оказались неожиданно крохотными.

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(озираясь)

Я хотела просить Вас остаться, Николай Спиридонович, и откушать чаю. Я прикажу Настасье… ставить самовар…

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

Вы необыкновенно добры. Но я должен… идти! ... Да и Тимофей Кириллович должно быть… сейчас вернется со службы, вы должно быть… его поджидаете??

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(всплеснула руками, ловко вытаскивает откуда-то из-под юбки платочек и подносит его к глазам)

Не говорите ни слова о Тимофее Кирилловиче! Это деспот! Это тиран! Тиран всей моей жизни! (Платок быстро исчезает, промокнув сухие глаза) Меня выдали за Тимофея Кирилловича, когда мне исполнилось осьмнадцать… Он мне уже тогда казался совсем стариком!!

НАСТАСЬЯ

(суетясь с самоваром, произносит слова автора, разговаривает сама с собой)

Прасковья Ильинична была из бедного семейства, и выйдя замуж за Тимофея Кирилловича она спасла от нищеты всех своих близких. История слишком обыкновенная, чтобы сейчас о ней рассказывать.

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(тяжело дышит. Говорит сбивчиво, но неожиданно смело, в словах искрится неподдельное чувство.)

Но я вознаграждена, наша встреча… Да, я страдала, я много страдала, но я… Встретила Вас! И теперь Я-Ваша!

Прасковья Ильинична стоит, как вкопанная, зарделась, потупила глаза, признание ей стоило больших мук.

НАСТАСЬЯ

(неодобрительно причмокивает языком)

Того и гляди упадут в объятья друг друга.

Пауза. Молодой человек стоит, не шелохнувшись, в недоумении. Прасковья Ильинична ждет признания, почти с досадой смотрит на молодого человека, потом хватает тяжелое платье и с легкостью бабочки подскакивает к Николаю Спиридоновичу.

Как только юбка допрыгивает до него, как молодой человек грохается на пол.

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

(смотрит трепетно и умоляюще-нежно)

Ах...

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

Ах!

Николай Спиридонович тесно обнимает ее колени, издавая еще один слабый стон. На сцене то появляется, то исчезает Настасья, ей нет никакого дела для разыгрывающейся сцены, хлопочет, готовит чай) Прасковья Ильинична тем временем с опаской глядит вниз, Николай Спиридонович копошится в юбках, его лицо перекосилось от боли.

НАСТАСЬЯ

(с досадой в голосе, даже не смотрит на влюбленную парочку)

Так и есть! Разбил себе колено… Грохнулся со всего маху об пол!... Дурень!

(ехидно одними плечами смеется)

Мужчина, все еще шубуршась в дамском платье, незаметно трет коленку.

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(нетерпеливо шепчет, натянуто улыбается залу, стараясь отвлечь внимание публики) Ну же!

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

(обретает дар речи, кряхтя поднимается)

Я знаю… я не в праве требовать от вас… тем более рассчитывать на вашу взаимность… Я должен был молчать и не тревожить вас… не говорить вам о любви… но это… это выше моих сил...

НАСТАСЬЯ

(залу)

Прасковье Ильиничне почти дурно... готова на всё ради любви!

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

(хрипло)

Мне нужны только вы!

Прасковья Ильинична хочет бежать, но путь ей преграждают, Николай Спиридонович по-медвежьи распахивает объятья, барынька падает в его объятья.

НАСТАСЬЯ

(по-хозяйски расставляя все на столе)

Большая, мягкая Прасковья Ильинична трепетала в ручищах Николая Спиридоновича равно что маленькая птичка. Кабы сердце не выскочило из корсета!

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(сладко отстраняясь)

Я не знаю … в праве ли вы ждать от меня ответа?

(поправляет платье, освобождается от объятий)

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

Я не могу вам ответить взаимностью. Вам это должно быть известно… Я замужем и останусь верна… Тимофею Кирилловичу!

Больше её не слушая, молодой человек взад-вперед мечется по комнате, слова Прасковьи Ильиничны его ранят. Пауза затягивается.

Николай Спиридонович бросает тревожный взгляд на остановившуюся посреди комнаты и застывшую Прасковью Ильиничну. Та не двигается, не говорит, казалось даже не дышит, Прасковья Ильинична стоит, как очумелая. Николай Спиридонович бросается к ней.

НАСТАСЬЯ

(говорит то, о чем думает Николай Спиридонович)

Старая курица, опять текст забыла! Ну сколько можно говорить, что слова нужно учить!! Учить нужно слова!!

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

(Чуть не заикаясь)

Я не рассчитываю на вашу взаимность... Но прошу вас позвольте мне быть рядом с вами, хотя иногда ловить вашу улыбку, и думать о том, что вы дарите её мне одному…

(по его растерянному виду понятно, что всё рушится)

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

Как Вам угодно!

(Повела роскошными плечами.)

Настасья смотрит на Николая Спиридоновича и руководит его действиями, молодой человек подчиняется ее словам.

Николая Спиридонович вскочил, потом опять упал на стоящий здесь же стул, принялся ломать поля шляпы, вышло очень эффектно.

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(бубнит себе под нос)

Да, да, конечно, я же честная девушка...

(Глаза ее вдруг загораются.)

НАСТАСЬЯ

(показываясь с ведром, что-то моет)

По пьесе она конечно на веки другому отдана, но этот другой непонятно где, на службе, а тут рядом живой мужик, в силе, в соку и что? уходит не солоно хлебавши… Нет, это не справедливо! не плохо бы чтобы и она его любила, хотя бы тайно... А раз так, нужно, чтобы Прасковья Ильинична хотя бы разочек ему что-нибудь позволила, она же в конце концов не каменная!

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

Так вы согласны?

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

Да! Да! Да!

СЦЕНА 2

ОБЪЯСНЕНИЕ С АРТУРОМ ОЛЕГОВИЧЕМ

АРТУР ОЛЕГОВИЧ

(показывается на сцене, становится понятно, что это офисное помещение, и актеры играют на импровизированной сцене)

Стоп! Стоп! Стоп!

АРТУР ОЛЕГОВИЧ

(раскидывая стулья, летит к сцене)

Светлана Ивановна! Ау!! Это никуда не годится! Вы меня слышите?! Никуда! Если так дальше пойдет, я вас… я вас... к котам собачьим сниму с роли Прасковьи Ильиничны! Боже мой, ну за что мне всё это???!!!

Светлана Ивановна поправляет корсет, готовится к худшему, ставит свои огромные, коровьи глаза на Артура Олеговича и больше не роняет ни слова.

Настасья берет со стола чашку, плюет на нее и протирает подолом фартука. Теперь она предстает в роли офисной уборщицы, в том же фартуке.

НАСТАСЬЯ

(Монолог)

Артур Олегович работал в коллективе уже почти год, поговаривали, что раньше он работал в театре, но потом с кем-то там переругался, после чего временно прибился к нам, в том, что временно никто не сомневался, потому как, такой талант, как Артур Олегович, был слишком заметен, и ему в стенах компании, занимающейся внедрением собачьих кормов из Англии на территории России, конечно же было тесно. Пока Артур Олегович прозябал в их компании, он успел поджечь всех идеей поставить пьесу. Безусловно знакомый с бизнес инструментарием, Артур Олегович преподнес всё это под соусом сплочения коллектива и повышения культурного облика сотрудников. Руководство, сначала было отнесшееся к идее с прохладцей, довольно быстро разглядело в ней преимущества: предложение Артура Олеговича оказалось очень даже бюджетненьким, сам он за свои труды не требовал ни копейки, работал на голом энтузиазме (сейчас это редкость, все кругом меркантильные, а сплачивать коллектив хоть как-то, но надо. Времена, когда компания тратила внушительные бюджеты на всевозможные тим-билдинги с лазанием по деревьям и полеты всем табором в Турцию, прошли, да и гонять сотрудников по субботам на футбол становилось все затруднительнее (голос за сценой - с каждой субботой появлялось все больше недовольных). Предложение Артура Олеговича было принято!

НИКОЛАЙ СПИРИДОНОВИЧ

В том, что Артур Олегович молодца вскоре убедились все, даже те немногочисленные сотрудники, которые поначалу в идею не верили. Режиссер оказался личностью разносторонней, имел богатейший опыт, работал и с классикой, и с современностью. Самое жаркое время в офисе теперь приходилось не на период сдачи годового отчета (хотя и здесь приходилось покрутиться), а на время распределения ролей. Все роли Артур Олегович распределял самолично (руководство как-то попыталось влезть в процесс, однако довольно мирный, спокойный во всем, не касающемся театра, Артур Олегович показал себя с неожиданной стороны: всколыхнулся, пособачился аж с самим директором, и раз и навсегда пресек все попытки кого-бы то ни было влезать в его театральное хозяйство!

ПРАСКОВЬЯ ИЛЬИНИЧНА

(очнувшись)

Все офисное бабье трепетало в преддверии распределения ролей и конечно все тайно мечтали хоть разочек сыграть с самим режиссёром! Дурочки! Как будто не знали, что не всякий сам себе Вихалков и возьмется одновременно и за режиссуру, и за исполнение главной роли. Артур Олегович выходил на сцену только изредка, да и то только для, чтобы показать поворот головы, взмах, чих, вздох! (кто-то чихает за сценой)

НАСТАСЬЯ

Светлана Ивановна мало понимала из долетающих до нее слов, мысли ее перескочили на Гамлета. Недавно по офису прошел слушок о том, что Артур Олегович будет ставить бессмертную пьесу.

Светлана Ивановна конечно тоже бросилась к первоисточнику, (поговаривали, что Гамлета будет играть сам Костик Лямочкин, директорский водитель; Артур Олегович вообще любил Костика, часто отдавал ему главные роли. Перечитывающую бессмертного драматурга Светлану Ивановну не могла не заворожить Королева! Здесь была и любовь, и коварство, и предательство. Кому как ни ей играть эту роль! Мечтая о королеве Светлана Ивановна не могла не вспомнить и о Горбуновой из планового отдела... Светлана Ивановна твердо решила ни за что не уступать Гертруду Горбуновой, хотя бы для этого ей пришлось подсыпать негодяйке яду!

СВЕТЛАНА ИВАНОВНА

(шумно вздыхает)

Боже ты мой, вот это жизнь! вот это страсти!

АРТУР ОЛЕГОВИЧ

Я вас в последний раз спрашиваю! Светлана Ивановна, я к вам обращаюсь! Вы меня слышите?!

Светлана Ивановна не слышит, она смотрит нежным взором на режиссера.

НАСТАСЬЯ

(Меланхолично, входит в положение хозяйки)

Какой же он все-таки лапа! Все-то он знает, все понимает… Дома-то что? скукотища, только и остается, что пультом щелкать, а тут- на часок, другой у тебя и муж, и любовник! А это ведь совсем другая жизнь…

КОНЕЦ

0 27 0.0

0 Рецензий

Добавить рецензию