МышаКротоСелд

Над-реализм

МышаКротоСелд

В метро Егор Алексеич чувствовал себя рыбной консервой и в этом не было ничего удивительного – так чувствовал себя каждый кто спускался в подземку в час пик, – только вот Егор никак не мог понять что он за рыба: анчоус, судак или скумбрия? На то, чтобы не выглядеть бледно рядом с такой рыбиной, как, скажем, пиранья или рыба-меч нужно было иметь больше оснований или хотя бы вставить выпавший зуб – говорят, у акул зубы росли на ура и не в один жидкий ряд, а в рядов этак пять или даже 6. Не имея зоологического образования Егор Алексеевич побоялся бы утверждать точно.

На работе Сонечка выражала явные недвусмысленные признаки заинтересованности, на что Егор, как крот, уходил в тину, стараясь не подавать никаких зацепок женщине. Женщины последние время будто сбесились, эмансипация им что ли ударила в голову? прежние ориентиры пошатнулись, некоторые действовали до того напористо, что ни за какие коврижки не соглашались свернуть активность ... Выглядывая из угла кабинета Егор Алексеевич боялся лишний раз улыбнуться: Ну какой из него кабель?! Разве что хомячок на рассвете... Из собственного опыта Егор знал, что хомячки не очень нравятся женщинам, как впрочем, и морские свинки.

Заходя в кабинет к Свиридову Егор Алексеич становился божьей коровкой, в голове так и крутилось: «Улети на небо! Принести мне хлеба!» В соответствии с еще с детства хорошо знакомой присказкой он должен был не только летать на небо, но и исполнять разные желания и поручения шефа, вплоть до увеличения продаж в Х-кратном темпе. Вообще с коровкой Егора много связывало, он и сейчас любил эти конфеты даже больше, чем «мишку на севере», во-вторых, в детстве он любил почему-то больше всего эту игру. За безудержную эксплуатацию безумными желаниями бедной божьей коровки, теперь, наверное, и отливались кошке мышкины слезы, чего стоил один негабаритный велосипед, который было просто не под силу поднять маленькой букашке, а тут еще Свиридов и новый план продаж, от которого рвались поджилки...

Придя домой Егор Алексеевич неизменно становился мышкой-норушкой, потому что с ними вот уже 9 лет и три года жила вечно-зеленая теща. Есть такие женщины из породы вечных. Мария Андреевна была из них. Конечно, в качестве передышки тёщу можно было сбагрить её же сыну в славный город Мурманск, или на летний период на дачу, или хотя бы в магазин, но это были краткие передышки в непроходящей пучине будней и их явно не хватало. Теща его не любила, он это чувствовал всеми своими жабрами и это было взаимным. Рядом с ней он и правда холодел, и становился каким-то земноводным...

...А хотелось бы чем-то мощным и красивым, хотя бы в виде того же слона или гиппопотама, не говоря уже о чем-то экзотическом – на жирафа, панду, гепарда и гибридного белого тигра Егор Алексеич даже не замахивался, сразу для себя решив, что не потянет.

Конечно вся эта зоологическая канитель началась ни с бухты-барахты...

Обеспокоенная, как она сказала «некоторыми неблаговидными симптомами» (Ну, выпил... С кем не бывает? На работе был юбилей у Константинова, очнутся на даче у Славки, в обнимку не с Катей, как хотелось, а всего лишь с бутылкой Мартини Бьянки, какой только гадостью не станешь запивать водку, когда заканчивается нормальная закуска...), Людмила на утро, когда трещала голова, а во рту нагадили мыши, прямо с порога заявила, что брак начал терять свежесть... Глядя на супругу глазами побитой собаки, Егор Алексеич не сразу разобрался в терминах и не успел он еще толком прийти в норму, как его повели на прием к психологу. Людмила вообще делала всё быстро, профессионально, добротно, ну, а тот возьми и спроси у него на полном серьезе: «Что Вы за зверь, Егор Алексеевич?»

И выдал домашнее задание: нарисовать автопортрет внутренней сущности.

Сидя за столом в детской комнате Егор Алексеевич пытался собраться с мыслями, хотелось от задания отлынить, сбежать в кино или купить мороженое, но тут поднасела Людмила: Егора Сергеича вот уже третий день не выпускали из дома ни погулять, ни на работу (благо он был на больничном), уведя детей в сад Людмила заперла на замок всё двери, тёща ходила на стрёме: Три тыщи потрачены, консультация не бесплатная, хочешь-не хочешь, а задание выполнить нужно!

Перебирая в голове животных Егор Алексеевич примерял на себя разные сущности, сущности пищали и не давались, скребли когтями, скакали по полу, прыгали на стены, забившись под комод смотрели на него узкими хитрыми глазами, парочка вошкалась в одеяле, кровать в три ряда стояла в углу небольшой спаленки. Дети спали на всех трех ярусах, двоих Людмиле оказалось мало, ну, а уж когда речь пошла о третьем, тут уж Егор Алексеич встал на дыбы, но Людка всё равно пошла в огород и нашла в капусте третьего... Без его ведома Людка сделала из него какого-то борова-осеменителя, с тремя они попадали под категорию многодетной семьи, а там такие льготы – зашатаешься! Людка всегда была жадной...

На стене над письменным столом прямо перед глазами висел Ёж. Егор Алексеевич сплющил в задумчивость лоб, складки не сразу расправились... Эти падальщики собирали ягоды, грибы и всё что ни упадет с дерева и обычно появлялись на детсадовских рисунках по осени. Коля получил за Ежа «Гран при» за лучший рисунок осеннего сезона... Измарав ни один лист бумаги (теща ходила неподалеку кругами), Егор Алексеевич насилу дождался вечера.

После ужина Егор Алексеич, наконец, уличил минутку, чтобы переговорить с Колей с глазу на глаз. Пока никого рядом не было Егор выдал четкие инструкции сыну: нарисовать нужно мифическое, не привычного ежа, курицу или слона, и желательное симпатичное животное. И рот на замок, никому не слова! Можно было, конечно, обратиться к старшему, тот уже ходил в школу и у него бы рисунок вышел наверняка лучше, но лучше не значит правдоподобней, да и к Митьке Егор Алексеевич обращаться побоялся: материнское отродье, тут же заложит матери и бабке. А вот Коля – кремень, такому довериться можно!

Перед сном во время сеанса сказки на ночь (Спасибо Людке, вовремя ввела повинность) Коля сунул отцу готовый рисунок. Сбоку торчал хвост, как-то так вышло что вместо шерсти на груди появилась чешуя, а на голове перья, Коля вытянул и заострил стрелки ушей, что получилось даже экстравагантно. Описывая мифическое животное Коля давал четкие и подробные инструкции, что и зачем нужно. Глядя на длинный, упругий, с кисточкой хвост Егор Алексеевич позволил себе засомневаться, но Коля тут же на голову разбил все аргументы – хвост зверю нужен, должен же он чем-то защищаться от врагов и демонов. «Да, хвост действительно нужен» – без лишних препирательств согласился Егор Алексеевич (в голове почему-то всплыл Свиридов). – Удобно при ходьбе и конечно для обороны, – кивнул Егор Алексеевич. Когда Коля закончил с разъяснениями Егор Алексеич хотел было спросить почему зверь весь синий, но тут же прикусил язычок – Коля вот уже несколько дней гундел и просил поточить карандаши, а у него все не хватало времени... На ночь дочитав про семерых гномов порешили на том, что Егор Алексеевич покажет рисунок на работе, может ему тоже дадут ГранПри, сейчас в организация такое практикуют. Подоткнув одеяло, Егор попросил сына и дальше никому не рассказывать о рисунке. Колю даже не пришлось подкупать шоколадом.

В среду в 15.00 их ждал психолог. Сидя в располагающих к беседе креслах Егор Алексеевич выложил рисунок на стол, Людка, увидев зверя, хихикнула, психолог напротив, внимательно осмотрев уши, туловище и хвост, блеснула глазом. Рисунок ей явно понравился, особенно впечатлил длинный чешуйчатый нарост – Егором Алексеевичем психолог осталась довольна. «Не все потеряно,» – загадочно обронила специалист, прежде чем пуститься в интертрепацию значений. И правда, быть каким-то одним определенным животным сейчас нецелесообразно просто потому что, чтобы выжить в современной обстановке нужно быть сильным, как удав, ловким, как пантера, гибким и прочным, как обезьяний хвост. Егор Алексеевич еще дома сообразил, что рисунок подлежит интерпретации, и нужно сказать, объяснения психолога не сильно отличались от того, что он услышал накануне вечером от Коли. Психолог, как и положено, вселила надежду, Людмиле выдала так необходимые ей инструкции, а Егора Алексеевича в качестве бонуса научила огрызаться... Несколько простых, но эффективны техник! Все вокруг такие агрессивные! Вечером после того, как Людка в пылу тщательно подготовленной страсти назвала его чем-то ласково-пушистым в чешуе и с клювом, Егор Алексеевич решил сделать из рисунка аватарку.

Аватарка всем понравилась. «Прикольные уши!.. Грандиозный хвост!..», – посыпались сообщения.

0 8 0.0

0 Рецензий

Добавить рецензию